Spieß voran/Log 01

From Game Logs
Jump to: navigation, search


GM: 27ое апреля 1525го года. Германские земли Священной Римской Империи бунтуют. На то существует ряд причин. В людской памяти ещё живы гуситские войны, доказавшие, что простой крестьянин может сопротивляться дворянству. Учения Мартина Лютера распространяются повсеместно. Благодаря изобретению Иоганом Гутенбергом печатного станка и возрастающей грамотности крестьянства, с тезисами Лютера могут ознакомиться жители самых захолустных деревень. В то же время, император Карл V увеличивает налоги, чтобы спонсировать свои грандиозные военные планы в ходе, бессмысленной, по мнению народа, Итальянской войны. На фоне непосильного налогового гнета и растущей бедности, крепнет недовольство решением Ватикана, отдавшего сказочные, по гуляющим среди народа слухам, богатства Нового света народам Иберии.

Недовольные крестьяне сформировали многочисленные Отряды. Среди них подготовкой и снаряжением особенно выделялся Отряд Флориана Гайера. Вопреки своей малочисленности Отряд успешно подчинил ряд городов и деревень. С первым серьёзным препятствием Отряд столкнулся при попытке захватить Вайнсберг. Барон Людвиг Хельферих фон Хельфенштайн отказался капитулировать, так как, с одной стороны, не воспринимал всерьез исходящую от вооружившихся крестьян угрозу и надеялся в худшем случае отсидеться за стенами замка Вайсенхоф, с другой стороны, рассчитывал на помощь своего могущественного покровителя - австрийского кардинала. В это же время к Вайнсбергу приближались Отряды Рорсбаха, известные своей бескомпромиссностью. Учитывая значительное численное превосходство отрядов Рорсбаха, его шансы на победу превышали шансы Гайера. Не желая делить с Рорсбахом славу и добычу, Гайер отправляет в город группу людей, с приказом надавить на приближённых барона, чтобы склонить его к отказу от дальнейшего сопротивления.

GM: Вам заранее известны следующие лица:

Филипп Штраубе -- наиболее успешный и уважаемый винодел Вайнсберга. Вино является главным и, чуть ли не единственным экспортом этого замечательного города, поэтому имеет немалое влияние на барона. Жаден, груб. Отношение к католической церкви и благородному сословию -- нейтрально-отрицательное. Флорентин Шутценбергер -- главный человек теневой стороны жизни Вайнсберга. Рэкет, кражи, сутенёрство, вымогательство -- всё это слова, которые часто употребляются в одном предложении с его именем. Прямого влияния на барона не имеет, но тем не менее человек в городе не последний, может повлиять на сложившуюся дипломатическую ситуацию своими путями. Жесток, асоциален, расчётлив. Отношение к католической церкви и благородному сословию -- отрицательное. Отношение к идеям Мартина Лютера -- отрицательное.


Отряд разбил лагерь к западу от Вайнсберга, примерно в 8 часах пути. Это обычный палаточный лагерь без изысков. Внимание могут привлечь, разве что, две пушки, добытые в ходе прошлых боёв, расположенные около главного шатра. Утро застаёт вас за обычными лагерными делами.

Пауль Руттер: завтракает чем Бог послал.

Lutz: ищет гармонию с миром в простых вещах: опохмеляется, умывается, ругается на чем свет стоит себе под нос

Herr Aach: вылезает из палатки, с отвращением щурится яркому солнцу, нюхает пустую флягу и, сдержав рвотный порыв, идёт искать свежей воды

GM: Вас по очереди находит Моритц -- один из посыльных Гайера, жизнерадостный юноша. - Привет, док. Главный хочет тебя видеть, прямо сейчас. Тут, кстати, слушок ходит, что у тебя есть какая-то чудесная настойка из полыньи, это правда?

GM: - Лутц, ну и здоровый же ты, каждый раз удивляюсь. Забавно небось возвращаться в родные места таким образом? А, кстати, Флориан хочет тебя видеть.

GM: - Ээ, господин Аах, господин Гайер приглашает вас с виз.., ээ, на визиту.

GM: - Августин, вас вызывает Флориан. За снаряжением присмотреть, пока вы у него?

Herr Aach: , не вынимания лица из чана с водой, жестом показывает посыльному что сообщение получено

Пауль Руттер: - Может и есть, а что она согласно слушку делать должна?

GM: Полю - Феи, мол, появляются. И силища как у Беовульфа. И видишь сквозь стены. И бегаешь как конь.

Lutz: в живых выражениях описал Моритцу, в каком именно гробу он видал родные места, Флориана и святую троицу, чтоб им было неладно, но от занятия своего оторвался в требуемом направлении, шумно и трагически рыгнув

Herr Aach: - А потом просыпаешься, в запачканом исподнем?

Пауль Руттер: - Ага, Беовульф в штаны насрал.

Пауль Руттер: - И феи наблевали.

Herr Aach: [к этому времени г-н Аах уже снова пришёл в человеческий вид и проверяет хорошо ли шейная повязка держится, если поднять её на нос]

Пауль Руттер: - Врут они, если бы у меня такие настойки были бы, я бы на костре сгорел.

Augustin: мрачно глядит на посыльного и закидывает свою гремящую барахлом котомку за плечи.

GM: Моритц задумчиво чешет затылок. - Ну нет так нет. А то мне феи нравятся. И Беовульф.

Пауль Руттер: заканчивает трапезу, собирает свой скудный скарб и отправляется к Главному.

Пауль Руттер: - O tempora, o mores!

Herr Aach: [привычно следую позади основной компании, присматриваясь к состоянию лагеря вокруг]

Augustin: - Да уж, этот Моритц та еще темпора, - скалит нечастые зубы Августин.

GM: Ничего нового господин Аах вокруг себя не видит. Люди занимаются обычными утренними ритуалами: едят, умываются, разговаривают.

GM: У входа в командирский шатёр сидит на грубо сколоченном табурете, по сути просто немного обработанном пеньке, крепко сколоченный боец. На земле рядом с ним валяется копьё, судя по всему, принадлежащее ему. Внимание его поглощено пристальным изучением сучка, по воле природы выросшем в весьма любопытную форму. Из шатра доносятся звуки бурного обсуждения, порой переходящего в откровенную ругань. Из отдельных фраз, которые доносятся до вас, можно сделать вывод, что речь идёт о неком мяснике, говне, клятых попах, ещё говне и провианте. Боец отрывается на мгновенье от изучения сучка и роняет несколько слов, после чего возвращается к своему занятию - Обождите, их командирешства совещаются.

Lutz: недовольно чешет бочину - Я меж прочим из-за них не доел.

Herr Aach: [оглядываюсь в поисках тени, или хотя бы сидячих мест]

Herr Aach: [если есть где-то вблизи народ вокруг котелка, ещё лучше]

GM: Котелков поблизости не видать, тень найти несложно, в нескольких метрах валяется чурбан, который в эту тень легко перетащить.

Herr Aach: * захватываю чурбан, с помощью Августина утаскиваем его в тень и располагаемся ждать

Lutz: не услышав от охранника желания поддержать разговор, перешел в инициативу - Че, все плохо, да? - мотнул головой на шатер

Herr Aach: - В вопросах провианта и говна всегда всё плохо. Жизнь такая.

Augustin: - Да чё, пока одно не превращается в другое, хыхы.

Herr Aach: - Так ведь и превращается. Когда провианта мало - приходится назначать им говно что посвежее.

Пауль Руттер: - Это непрекращающийся процесс. Вот когда нас заставят жрать говно в надежде, что оно из нас выйдет едой, тогда будет худо.

GM: Лутцу - Плохо было под Вюрцбергом. А это ещё хорошо.

Lutz: философски икнул

GM: Наконец голоса утихают, из шатра начинают по очереди появляться лейтенанты Гайера в прошлом бывшие, по большей части, деревенскими старостами. Двое последних, едва выйдя на солнце, мгновенно возвращаются к ожесточенной перебранке. Резкий крик “Гааанс” по всей видимости о чем-то сообщил караульному, который тотчас пригласил вас войти.

GM: В центре шатра стоит крупный стол, на котором в беспорядке разложены письма, карты и другие бумаги. Рядом со столом находятся несколько скамей, созданные явно тем же мастером, что и табурет у входа. У дальней стенки за полузадёрнутой занавеской видны низкая кровать и таз для умывания. Гайер сидит за столом, склонив голову. Он вцепился руками в столешницу, так, что костяшки его пальцев побелели. Вы наблюдаете эту картину всего несколько мгновений. После чего он отпускает столешницу, поднимает голову, пару раз моргает и обращается к вам.

Herr Aach: - Господин Гайер. киваю ему, останавливаюсь, опираясь на столб спиной и сложив руки на груди

Lutz: впитывает картину с нутряным звуком нехорошего предчувствия

GM: - Уважаемые. - Каждый человек в этом лагере сражается за правое дело. Мы уже добились впечатляющих успехов и добьемся намного большего. Пока рано почивать на лаврах. И лезть на рожон и вступать в бой там, где можно этого не делать -- глупо. - Вайнсберг слаб. Я это знаю, барон это знает. Но этот осёл не хочет мирно сдаться, несмотря на мое весьма щедрое предложение. Этот идиот заперся в своём замке вместе с попами и надеется… Не знаю, на что он надеется, он осёл.

Herr Aach: поднимает бровь, но молчит

GM: - Поэтому вы здесь. кивает на Лутца и Поля. Вы жили в Вайнсберге, вы знаете людей, которые знают людей. Вам не составит проблем выйти на кого-нибудь, кто сможет напеть этому кретину в уши, чтобы он пересмотрел моё предложение.

Lutz: расправил плечи с выражением лица фигня вопрос вообще

Lutz: переглядывается с Полем

Пауль Руттер: - Попытаемся.

Augustin: ерошит белобрысую щетину на голове, скептически оглядывая товарищей

Lutz: - Это, самое. Людей мы найдем, те люди тоже найдут людей, а вот что именно им предлагать-то?

Lutz: сделал проницательное лицо

Herr Aach: бросает уважительный взгляд на Лутца, ждёт реакции Гайера

Lutz: - Надо же, так сказать, сформулировать предложение так, чтобы от него трудно было отказаться.

GM: - Предприятие рисковое, может потребовать разнообразных, м, талантов. Поэтому вы кивает на Готтхарда и Августина отправляетесь вместе с ними.

Herr Aach: демонстрирует лучшую вежливую улыбку в своём арсенале. Выглядит беспокояще.

GM: - В первую очередь, предлагать моё неописуемое милосердие. Остальные детали предложения зависят от того, каких людей найдут люди, которых найдёте вы.

Lutz: шумно терзает складчатый затылок - По обстоятельствам, значить...

Herr Aach: - Хорошо. А какой запасной план? Какие ворота открывать, где решётки в канализации снимать?

Herr Aach: местным - У вас там вообще есть канализация?

GM: - Запасной план следующий: знакомите местное население с тезисами Лютера и выдвигаетесь навстречу наступающему Отряду. Никаких ворот открывать не надо. Вместо канализации там речка.

Herr Aach: скептически, но вежливо хмыкает

Herr Aach: - Никаких скаутов баронских вокруг лагеря не отлавливали?

GM: - Не припоминаю. Нет, определённо нет.

Herr Aach: - Усильте патрули. [качаю головой] - Барон может не боится, но рисковать такие люди не любят.

GM: фыркает - Барон имбецил.

Augustin: - Да плевать на барона, очередной надутый индюк, - Августин тыкает в карту на столе, - Въедем по лесу в город, скажем, что вон Пауль у нас странствующий доктор с волшебной настойкой, да и сделаем, что нужно.

GM: Флориан достаёт откуда-то из складок одежды небольшой, приятно позвякивающий мешочек. - На расходы. Возьмёте ослика Клемента: путь неблизкий, животное с повозкой вам не помешает. Связь будем поддерживать через Магнуса, он наш человек и к тому же великолепный наездник, вмиг сюда доберётся. Найдёте его в трактире “У Адлера”.

Augustin: заметно оживляется, услышав слово "трактир".

Herr Aach: подбирает мешочек, взвешивает в руке, снова поднимает бровь, но кивает и прячёт его куда-то

Lutz: провожает кошель влюбленным взглядом

Herr Aach: руководит погрузкой снаряжения в повозку, дабы все сдали слишком явное оружие на самое её дно, закрыв сверху соломой и припасами

Herr Aach: [решительно требую от Августина воздержаться от стандартного ландскнехтского подхода к облачению и предпочесть неяркие цвета]

Augustin: со вздохом кладет под солому панцирь и мушкет.

Augustin: [Последний раз облачение Августина было ярким еще когда он был в отряде, а сейчас представляет собой куда более жалко-замызганное зрелище]

Herr Aach: сам скрывает своё облачение под видавшим виды плащом и шапероном, меняет нормальную обувь на мягкие неброские сапоги

Lutz: прикрыл стеганку и палицу дорожным плащом, сверху повесил волынку и в целом выглядит мирно и добродушно

Пауль Руттер: спрятал пращу подальше и прикрыл стёганку докторским балахоном.

Augustin: - Так шо, решено? Пауль у нас едет настойку продавать, я охраняю, вы прислуживаете, так? - Августин демонстрирует короткое копье как наглядный символ охранника торговца.

Lutz: - А я просто прибился, мне по пути, родных навестить.

Пауль Руттер: роется в своих запасах в поисках чего-нибудь отдалённо напоминающего настойку.

Herr Aach: - Можно уже по пути решить. Рассказывайте, кого вы там помните и знаете. Кто там важный?

Пауль Руттер: - Чтобы что-то продавать, надо бы чтобы это что-то у нас было.

Herr Aach: - Может ты виноград приехал покупать. Для настойки, ага.

Lutz: - да налей вон тины болотной в склянки. я тебе по пути покажу, где почерней набрать.

Augustin: - Или вон пойдем у Мориса возьмем, он, гля, в настойках знаток.

Lutz: морщит нос - Запах у той тины, я тебе скажу... Чертей гонять.

Пауль Руттер: - Вариант герра Ааха мне как-то больше по душе.

Herr Aach: - Вот видишь, вот и применение нашёл.

Herr Aach: - Продаёшь чертегонку, покупаешь виноград.

Augustin: по зрелом размышлении вытягивает свою броню из-под соломы и споро облачается в нее, приобретая вид сколь грозный, столь и придурковатый. Образ довершает цвайхендер, который ландскнехт вешает на спину.

Lutz: - По виноградным делам это к херру Штраубе нам надо будет, он важный.

Herr Aach: - А есть кто-то, кто у вас там известен тёмными делишками? Бордель, там, держит, со всякими мельниками якшается.

Augustin: - Херр Штраубе - тоже индюк, я вот Флорентина знаю, у него девки сочные. С ним лучше и говорить, он всех, кого нужно, в городе знает.

Lutz: - Есть такой, - поцыкал зубом

Herr Aach: - А как он по религиозным делам?

Augustin: - Я с ним детей не крестил, - пожимает плечами ландскнехт.

Lutz: - У меня там одна вдовушка знакомая есть, - улыбается мечтательно - Вот с нее расспросы и начнём, по части текущей расстановки сил. Сплетни соберём, а там и порешаем.

Herr Aach: достаёт припасённую морковку, прикармливает ослика, чтобы тот не слишком буянил

Herr Aach: - Звучит как план.

Lutz: - А Флорентин мужик такой, к новым веяниям нетерпимый.

Lutz: - Хотя и вообще к попам не очень.

Herr Aach: - Значит так, Пауль приехал дела торговые вести, с Августином в качестве охранения, Лутц - прибился ехать домой.

Пауль Руттер: - Ну, жить-то все хотят.

Herr Aach: - А я, видимо, тоже по пути встретился.

Augustin: - Да что ему те веяния, да, - кивает Августин, - Не хотят, чтоб наш Отряд им город сжог - пускай сдаются, и алилуя.

Herr Aach: - А, и да. Зовут меня Готтхард. Херра Ааха забудьте до поры до времени. Ясно?

Пауль Руттер: - Вполне.

Lutz: - Главное, чтоб херр Готтхард не забыл, куда кошель спрятал, а уж мы-то его запомним, - скалится

Herr Aach: - Я не только про свой кошель помню, я ещё помню что твой пустой и плохо привязан, слишком простым узлом.

Herr Aach: * смотрит слегка ухмыляясь

Lutz: - Это приманка!

Lutz: на всякий случай пощупал себя за бочину

Herr Aach: * ухмылка становится шире

Augustin: - Любое золото - приманка Дьявола. Харе болтать, поехали.

Herr Aach: - Да, ты явно держишься от дьявольских приманок как можно дальше

Herr Aach: * хлопает Августина по плечу - Главное не золото, а на что его тратить.

Augustin: серьезно кивает: "О душе бессмертной пекусь. Вон Луц говорит, вдовушку знает - кому и утешать вдов, как не ландснехту? На том свете зачтется!"

Herr Aach: - Ну что, пойдём?

Пауль Руттер: кивает

Lutz: ревниво глядит на Августина, упаковывая еду в повозку

GM: После недолгих сборов группа авантюристов отправляется в путь. Дорога к Вайнсбергу проходит легко и приятно. Клемент меланхолично тянет поскрипывающую тележку, набежавшие облака укрывают вас от уже начинающего припекать весеннего солнышка. Спустя несколько часов пути дорога заводит вас в небольшую рощицу. Певчие птицы радуют ваш слух, приятные запахи листвы и сырой почвы вытесняют, казалось бы уже навсегда въевшиеся в нос, запахи пота, крови и дурной стряпни. Как вдруг! * персепшун ызи

Herr Aach: !236/5mt

bot: Success on roll 28 vs 27.6

{Reactions} 😕 👍🏿

Пауль Руттер: !286/5mt

bot: Failure on roll 52 vs 33.6

Augustin: !246/5mt

bot: Failure on roll 87 vs 28.8

Lutz: !256/5mt

bot: Success on roll 4 vs 30

GM: Lutz Впереди ты замечаешь прячущиеся по краям от дороги фигуры. Не все восстающие примкнули к отрядам, многие крестьяне просто отправились разбойничать, заслышав пора. По всей видимости это они.

Lutz: замедлил шаг, театрально повысил голос - А что, друзья, напомните, сколько нам монет выделено на каждого, кто с нами захочет пойти, а?

Herr Aach: - Место в Отряде, кров и питание. А главное? Настоящая свобода!

Lutz: - Уж вроде бы нам велено было не скупиться, а? а? - радостно кивает головой куда-то вперед

Herr Aach: решительно сориентировался и начал всматриваться в кусты

Augustin: ненавязчиво позиционируется между Паулем и кустами

GM: Lutz insight augmented by deceit

Lutz: !45+9mt insight

bot: Warning: Unexpected character at 147 - end of command was ignored "insight"

Success on roll 12 vs 54

GM: Ближайший силуэт зашевелился, из растительности показывается лохматая, немытая голова. - Кууда пойти? Вслед за головой из кустов появляется рука, по всей видимости от другого тела, и утаскивает голову обратно.

Lutz: - На волю, куда ж еще, - сообщил кустам, оглаживая свое явно сытое на вид (хотя и нещадно голодное внутри) брюхо

Lutz: - Баронам не кланяться, по кустам не прятаться, такие дела.

Herr Aach: [пока Лутц заговаривает зубы несчастным, отступаю слегка назад, а потом, пригнувшись, осторожно ухожу в зелёнку и обхожу вокруг них ]

Herr Aach: !566/5mt

bot: Fumble on roll 99

Herr Aach: пытается проскользнуть мимо тележки, пригнувшись за ней и зацепляется плащом за торчащий гвоздь

Herr Aach: [Звук рвущейся ткани, звук падающего тела, ругань на немецком]

GM: В кустах тем временем наблюдается некоторое шевеление, слышно перешёптывание. Наконец появляется новая голова, некоторое время смотрит на упавшего Готтхарда. - То есть вы готовы отдать ваши деньги нам просто так и нам не придётся вас грабить?

Herr Aach: ловким прыжком поднимается на ноги, оставив плащ валяться на земле, и кладёт руки на рукояти оружия

Augustin: оценивает состав и вооружение противников, держа руку на рукояти меча, но не вытаскивая его из ножен, пока есть шанс договориться.

Lutz: Проникновенно - Не отдать, друг мой, а поделить. И не наши деньги, а будущую добычу. Если будете себя хорошо вести, скажем вам, как попасть в хорошую компанию и перестать влачить то жалкое существование, которое я с болью в душе наблюдаю.

Herr Aach: - [шёпотом] - Мне потом тоже расскажи, я бы хотел оказаться в хорошей компании.

Augustin: !44mt

bot: Failure on roll 91 vs 44

GM: Похмельное марево мешает Августину адекватно оценить уровень угрозы.

Lutz: !39+9mt influence с аугментом

bot: influence с аугментом Failure on roll 71 vs 48

Lutz: !31+9mt influence с аугментом реролл

bot: influence с аугментом реролл Success on roll 29 vs 40

GM: - Компанию хорошую? Это без попов и зажравшихся дворян? Нам такая компания нужна.

Augustin: - И с бухлом, - выдыхает облако перегара ландскнехт.

Lutz: - Провидение послало вам нас, минуя и попов, и дворян, - благодушно кивает, - Вот по этой дороге топайте, по которой мы пришли, и как найдете хорошую компанию, а вы уж сразу поймете. что она хорошая, ибо аромат славной выпивки там стоит, как вот от этого доброго гражданина, - указал торжественно на Августина - так сразу и скажите им, что вы от Лутца Лохмюллера, того самого, который тридцать попов одной оглоблей уложил.

Lutz: скромно потупился - Да, это я и есть.

Herr Aach: хмыкнув, делает серьёзное лицо и подтверждает: - Да, я сам видел. Вот так хрясь! И уложил.

Lutz: скромно возит ногой в пыли - Ну уж хрясь... Не хрясь, а хрясь-хрясь-хрясь-хрясь... Вот так.

Augustin: редкозубо щерится, но ничего не говорит

GM: Из кустов один за другим вываливаются разной степени потрёпанности крестьяне, кто с чем попало. Сейчас уже Августин видит, что никакой реальной угрозы они бы не представили. С опущенным оружием они подходят к вам. Главарь, вооруженный двуручным топором, засыпает Лутца вопросами. Как там кормят? Правда ли попов было тридцать, а не двадцать девять? А барышни в той компании водятся? А землю пахать надо?

Lutz: Проповедует ценности направо и налево - А вот от вас все и будет зависеть, братья, коли плечом к плечу за правое дело сражаться будете, так и попы на попятный пойдут, и самих их в плуги запряжем! А пока уж посытее будете, чем тут на подножных харчах. Лучше вы мне вот что скажите, как там в Вайнсберге живется нынче? попы совсем на шею сели, небось?

GM: задумчиво разводит плечами - А кто их этих городских знает. Перед тем как мы в леса ушли, они меньше еды у нас покупать стали.

Augustin: - Меньше? Выходит, осады не ждут, получается?

GM: - Осады? Какой осады? Просто покупатели пропадать начали. Знавал я Густава, кузнеца, отличный мастер был, всегда к нему обращался. Приехал в крайний раз зерно продавать, а и нет Густава, говорят в сторону Мюнхена двинул. А это о-го-го где.

Lutz: - Вот и в городе, выходит, несладко, а не только крестьянам, - с сочувствием

Lutz: - А что барон местный? говорят, дурак совсем. Врут, поди?

GM: - Я других баронов в жизни не знавал, так что не могу судить дурак-не дурак, по баронским меркам то.

GM: - В замке живёт, деньги дерёт.

Herr Aach: - Я знавал одного, так ему попы так голову задурили, что он земли им отдал, а не сыну.

Herr Aach: - У них от этого церковь сгорела.

GM: перекрещивается

Lutz: убедился, что с темных крестьян больше ничего не выбьешь - Ступайте с миром, братья, чтобы засветло добраться.

Herr Aach: снимает руки с рукоятей, кивает крестьянам, принимается отцеплять плащ от гвоздя и пытаться его очистить

GM: Незадачливые грабители с небольшой дороги начинают неблизкий путь в сторону ставки Гайера.

Augustin: - Молодцом, Лутц, всё Отряду польза. Сегодня к нам крестьяне вступают, завтра рыцари имперские будут, а потом и графы с императором. Так попов и победим.

Lutz: продолжает быть скромным - Да уж все лучше, чем в лесу грибы подъедать.

Herr Aach: заканчивает с плащом, убеждается что разорван тот не слишком сильно и накидывает его на себя снова

Augustin: вспоминает одну из своих многочисленных историй, что кажутся забавными, кажется, только ему: "Да, был у нас в отряде парень, тоже все грибы жрал, а потом с бешеными глазами перед строем бегал. Там его и стоптали, хыхыхыхы"

Herr Aach: - Глядишь, в таком виде больше за своего в вашей дыре сойду. Или надо больше грязи-то?

Пауль Руттер: - А потому что неслед мухоморы жрать на голодный желудок.

Augustin: - Мы если в лесу стоять языками чесать будем, так другого желудка у нас и не будет. Давайте в город шагать уже.

Lutz: - Да вот всё к тому идёт, что и не шикуют земляки, - невесело глядит в лесную даль - И то верно, засветло добраться бы.

Herr Aach: подхватывает поводья осла и идёт вперёд

Lutz: от нервов изголодался и жуёт солонину на ходу

Herr Aach: [телега с трудом трогается, но дальше катится нормально]

Augustin: - А, да, Готтхард, нам герр Гайер довольно ли дал для доброй попойки? А то как нам переговоры-то вести на голодный желудок, да с трезвыми? Кто ж на трезвую голову решения принимает!

Herr Aach: - Живые.

Herr Aach: - Ещё успеешь выпить за успех дела, а до этого надо ухо востро и нос поветру.

Augustin: - Трезвые - это что-то среднее между живыми и мертвыми. Каждое утро это легко ощущается.

Herr Aach: - А подпаивать надо будет наших потенциальных помощников.

GM: Оставшаяся часть пути проходит спокойно. Рощица сменяется равниной, равнина другой рощицей. Наконец, за очередным поворотом вам открывается вид на гордо стоящий на холме замок и раскинувшийся у подножия холма городок. Многочисленные кусты винограда ещё далеки от созревания и робко дрожат от дуновений легкого ветерка.

Пауль Руттер: !35mt

bot: Failure on roll 66 vs 35

Herr Aach: [рассматриваю замок, насколько высокие стены, сколько башен, видно ли дозорных на стенах]

Lutz: !29mt

bot: Failure on roll 33 vs 29

Augustin: из-под руки оглядывает город - есть ли народ на улицах, стража, крестьяне в полях

Lutz: просто жизнерадостно тупит по сторонам

GM: Замок не выглядит неприступным. Тут и там на верхушках стен виден дефицит камней в укладке. Рассмотреть деятельность на стенах не позволяет пока что угол обзора -- придётся забраться куда-то повыше.

Herr Aach: [Завидев город, находим ближайший способ пересечь реку, чтобы потом подъезжать к городу как можно менее с северо-западного направления]

Lutz: помня обещание показать места с нажористой тиной, пытается заманить отряд в какие-то вонючие камыши по дороге - Во, вот тут прямо вообще смердит!

Augustin: закрывает ладонью половину лица: "Да по утрам везде смердит, кроме как во фляге".

GM: Августин определённо видит некоторое движение между куцых домиков, но пока что рассмотреть кто эти люди невозможно. Полей вокруг нет, одни виноградники, среди кустов почти никто не снуёт -- не сезон.

GM: Перспектива путешествия по сложной местности вместо широкой истоптанной дороги определенно не вызывает у Клемента восторга. Животное упрямится, упирается всеми копытами и издает ослиные звуки.

Пауль Руттер: !52mt

bot: Success on roll 46 vs 52

GM: Пауль шепчет ослику в ухо какие-то слова на латыни, подносит к морде подозрительный виал с резко пахнущей жидкостью, хлопает его по шее. Эти ритуалы возымели эффект и, наконец, библейское животное неохотно сходит с широкой дороги. Продвигаться становится заметно труднее, грубая повозка то и дело застревает, ослик постоянно норовит повернуть не туда, а то и вовсе потащить повозку обратно на тракт. К счастью, совместных усилий Лутца, Герра Ааха и Августина хватает, чтобы вытаскивать повозку и заставлять её двигаться дальше. Пауль же, в свою очередь, продолжает укрощать норов упрямой скотины. Преодолев последнее испытание в виде хлипкого мостика через реку Заубах, вам удаётся выйти на другой тракт, который должен привести вас к городку с юга.

GM: * very easy brawn или endurance с упражняющихся. если кто-то филонил -- отпишитесь иц, с остальных чек тогда easy, если филонили двое, то с васи standard. протаскиваете в любом случае. фейл на чеке -- tired, суксес -- winded, крит суксес -- нет эффекта, фамбл -- wearied.

Augustin: !692mt

bot: Success on roll 73 vs 138

Lutz: !452mt brawn

bot: brawn Success on roll 39 vs 90

Herr Aach: !212mt

bot: Failure on roll 50 vs 42

Herr Aach: !212mt luck

bot: luck Failure on roll 48 vs 42

GM: Вы возобновляете движение в сторону городка. Эта дорога не настолько безлюдна как та, по которой вы выдвинулись из лагеря: навстречу вам движется повозка чуть больше вашей, запряженная тощей рыжей кобылой. Груз повозки укрыт парусиной. Рядом с повозкой идут двое изнурённых мужчин. Один из них лет тридцати с небольшим, среднего роста, узкоплечий, с грубоватым выбритым лицом. Он одет в поношенную длинную тёмно-серую рубаху из грубого сукна и не менее депрессивного цвета штаны. На ногах тяжёлые крестьянские башмаки, их ремни охватывают ноги крест-накрест почти до колен. В руках он теребит какую-то бумажку. Его спутник заметно крупнее и моложе, ростом он может соперничать с Лутцем. Голову его украшает поярковая шляпа, из-под которой идёт зарубцевавшейся вертикальный шрам через всё лицо. Одет он подобно своему товарищу, с той лишь разницей, что поверх рубахи надета грубая кожанка. На поясе болтается угрожающего вида дубина, из-за спины виднеется рукоять ещё какого-то оружия. Впереди заметна ещё одна повозка, движущаяся в ту же сторону, что и вы. Детали рассмотреть пока что сложно.

Lutz: радостно улыбается во весь жбан, обнимая волынку, громогласно басит с расстояния - Бог в помощь, добрые люди! А скажите, далёко ли до Вайнсберга?

GM: Мужчины с повозкой ещё пару мгновений продолжают движение, наконец тот, что помельче осознаёт, что обращаются к ним, останавливается сам и тормозит повозку и начинает тараторить. - И вам не хворать. Издалека чтоль? Сам я из Верхних Грюнбахов, слыхали? Конц Шварц у нас старостой. До Вайнсберга рукой уж подать, вмиг доберётесь. Тем более скотина у вас крепкая. Пятнадцать геллеров дам, хоть щас. Чем промышляете, кстати? Спутник его тем временем сверлит Августина взглядом.

Augustin: возвращает верзиле столь же подозрительный взгляд, обращая особенное внимание на состояние его одежды и рук - нет ли следов недавней драки?

GM: Рубаха порвана на левом боку, разрыв небольшой, не похоже на последствия битвы. На ладонях виднеются мелкие царапины и прилипшая масса чего-то, что выглядит как куриный помёт.

Herr Aach: лениво окидывает взглядом встречных, присматривается к повозке, но решает не вмешиваться - пусть языкастые делают своё дело

Lutz: ткнул себе большим пальцем за плечо - Да вот народ по торговым делам путешествует, а я - странствующий музыкант, за хлеб и компанию развлекаю их игрой на своей Лизхен, - погладил волынку по шкурной бочине. - А что, хорошо живет народ в Верхних Грюнбахах, я погляжу. Парни вы видные да не бедные, сами-то на чём так поднялись?

GM: Лицо твоего собеседника несколько омрачается. - Эх, да разве ж это хорошо! Вот раньше... Две таких привозил похлопывает по верху телеги. К полудню всё расхватывали: и яйца и птицу и полбу и рожь. Виноградарь мейстер Кляхх бывало по три корзины яиц брал. понижает голос Поговаривают, он их сырыми пьёт, представляете? А сейчас вздыхает весь день торговал, так всё и нераспродал. Да ещё и... он внезапно умолкает на пару секунд. Так чем торгуете-то?

Lutz: !45mt

bot: Success on roll 26 vs 45

Lutz: * што он там умалчивает

GM: По твоему опыту, такие люди предпочитают не делиться с незнакомцами жалобами на своих господ, опасаясь, что их слова дойдут куда не следует, что может обернуться визитом от фогта или другими карами, порой изощренными.

Lutz: сочувственно поцокал языком - Эвона как... Понимаю. Денег не дают, а на оплеухи не скупятся... проникновенно понизил голос - Не то, что в тех городах, сказывают, кто вольным Отрядам ворота открыл, чтобы баронам да попам показать, где раки зимуют. мотнул головой в сторону ослика - Эти вот тоже по виноградному промыслу. А еще, слыхали мы, собор в Вайнсберге знатный, вот посмотреть хочу.

GM: фыркает - Это тебе лапши на уши навешали, добрый человек. Люди в тех Отрядах с мордами свиными да собачьими и с хвостами волчьими. Грабят, насилуют и жгут всё на своём пути. А главарь их, рыцарь-преступник Гайер, весь в броне чёрной, серой дышит. На обед младенцев лопает. Нам так приходской священник рассказал, а ему верить можно, он человек учёный. Лучше уж как есть жить, чем такую нечисть в свой дом пустить. - Посмотри обязательно! Мы всей семьёй на большие праздники на службы туда ездим. Ах, какие там фрески да иконы. Службы там ведёт епископ Евсений, пресвятейший человек. Писание наизусть знает, всегда мудрость библейскую нужную найдёт. А каких дам да господ я там видывал, ух! ударяется в перечисление нарядов, в своё время поразивших его воображение

Lutz: охает, ахает, прижимает растопыренные пятерни к груди так, что волынка нервно взвизгивает остатками воздуха - Собачьими? Твою-то ма... То есть, свят-свят! Серой? Ахти! Вот уж увижу - в портки наложу, как пить дать. Слыхали, добрые люди, какие страсти в мире делаются? - обернулся к спутникам, весь такой в смятении - Поднажмём-ка на Клемента, мне уж не терпится засветло в святых стенах собора оказаться. Да поглядеть скорей на святого этого человека, хоть издалечечка.

Пауль Руттер: - Последние времена настают, не иначе.

Пауль Руттер: - Или в хлеб жадные уроды спорыньи пустили.

Пауль Руттер: - Там тогда и не такое увидеть можно.

Herr Aach: [если мы отъехали достаточно далеко от встречных] - Питание младенцами объясняет проблемы господина Гайера с добычей провианта. ощупывает лицо - Как думаете, собачья у меня морда? Или всё же свиная?

Пауль Руттер: - Скорее, всё-таки волчья. Штаны снимать не прошу.

Herr Aach: - Когда лекарь требует снимать штаны, дело явно плохо. согласно киваю

GM: За разговорами остаток пути пролетает незаметно и вот вы уже в нескольких десятках метро от небольшой караульной на въезде в город. Это безыскусная одноэтажная постройка из запачканного камня. Дверь караульной выходит к дороге, около двери стоит скамейка. Закрытые кованными чёрными решётками окна не застеклены, вместо этого в них промасленная бумага. На скамье, опёршись об алебарду, сидит стражник в выцветшей оранжевой форме. Его коллега ведёт беседу с владельцем повозки, ехавшей перед вами. Компанию ему составляет человек одетый в простую серую мантию и берет. В руках у него дощечка с пришпиленной к ней стопкой бумаг. Периодически он что-то записывает на верхний лист.

Augustin: оглядывает повозку и ее владельцев, прикидывая, что они везут и кем они могут быть по социальному статусу

Пауль Руттер: !85mt customs

bot: customs Success on roll 71 vs 85

Augustin: !64mt customs

bot: customs Failure on roll 86 vs 64

GM: Как известно Паулю, практически во всех городах существуют свои поборы и пошлины для въезжих чужаков. Они варьируются от довольно разумного "рыночного побора" -- платы взымаемой за право торговли на городском рынке до странных и непонятных, таких как "носатый побор" в городах с антисемитскими настроями среди магистрата. Контролем за уплатой этих поборов занимаются мелкие служащие магистрата, либо стража, в зависимости от города.

Herr Aach: наклоняется к Паулю и шепотом говорит: - Поторгуйся для виду, оплатить есть чем, но чем меньше тем лучше.

Пауль Руттер: шепотом отвечает: - Хорошо.

GM: События развиваются, стражник, беседовавший с владельцем повозки обходит её и отбрасывает парусину, без особого интереса смотрит на содержимое несколько мгновений, затем кивает человеку в мантии, после чего тот принимает от хозяина повозки медные монетки, чиркает что-то в последний раз на листе бумаги, отрывает его и вручает собеседнику. Стражник и служащий отходят к караульной. Вы успеваете рассмотреть корзины и ящики, заполненные всякой всячиной: ножами, ножницами, иголками, тесьмой и пряжей, крючками и петлями.

Lutz: чувство пустоты в области брюха вкупе с близостью нормальной, а не походной, еды заставляет Лутца чувствовать нетерпение и раздражение, а также совершенно отбивает вдохновение на художественные разговоры с местными - ну чего там они, вроде не докапываются... - бурчит шепотом

GM: * уточните кто первым идёт

GM: Повозка перед вами трогается и въезжает в город. Вы проезжаете оставшийся до представителей баронского закона участок дороги и служащий обращается к Паулю безэмоциональным голосом: - Йоханн Ланг, верный слуга славного города Вайнсберг, самоцвета долины Неккар. А вы у нас кидает взгляд на балахон Пауля любезный доктор..?

Пауль Руттер: - Руттер. Пауль Руттер. Скромный аптекарь и лекарь.

GM: бубнит под нос, записывая - Р, у, т, т, е, р. нормальным голосом - Цель визита? Эти люди с вами?

Пауль Руттер: - Вина хочу купить. Родные места повидать. показываю на Августина Вот это мой охранник, господин Крахт, а остальные просто попутчики. Вместе ведь оно завсегда безопаснее.

GM: Служащий продолжает строчить на бумаге, сопровождая процесс новыми вопросами. - Безопаснее, безопаснее... Начнём в таком случае с вас, любезный доктор, господин Крахт. Врачевать на рыночной площади планируете? Меч у вашего охранника впечатляющий, лезвие метра полтора? - Стройматериалы, вижу, везёте. Деликатесы, скотину. Вывозить, значит, вино собрались.

Пауль Руттер: - Где же вы деликатесы видите? Это осёл, то есть я слыхал, что есть в диких странах обычай ослов живыми есть, но чтобы в родном Вайнсбурге?

Пауль Руттер: - Врачевать пока не собираюсь, разве что господин Крахт кого поранит случайно.

Augustin: - Любезный Пауль, вы же знаете, я по своей воле мухи не обижу, - Августин выдает оскал, заменяющий ему дружелюбную улыбку.

GM: * социаль его.

GM: * прямой инфлюенс, наверное

Пауль Руттер: !60mt influence

bot: influence Failure on roll 68 vs 60

Пауль Руттер: !60mt luck reroll

bot: luck reroll Success on roll 17 vs 60

GM: на лице служащего появляется тень сомнения, но она быстро сходит под увещеваниями доктора - Хорошо, хорошо, осла вычёркиваем. Итого, будьте добры ознакомьтесь: тележный сбор, 1 штука, 2 геллера строительный сбор, солома, 1 телега, 2 геллера питейный сбор, 1 телега, 10 геллеров стальной сбор, превышение 20 см, 4 геллера Оплатите, поставим подписи и добро пожаловать в славный город Вайнсберг, самоцвет долины Неккар. А к вашим попутчикам у меня ещё будут вопросы, можете их не ждать, вы уже в безопасности.

Herr Aach: !60mt customs

bot: customs Success on roll 15 vs 60

Herr Aach: * что я знаю про эти сборы, и знаю ли

GM: Большая часть списка для тебя в новинку, кроме питейного сбора. Питейный сбор -- стандартная практика, пошлина накладываемая на ввозимый и вывозимый алкоголь.

Пауль Руттер: - А что я строить буду?

GM: * кстати каюсь заранее за постоянное крушение иммерсии сейчас и в будущем, но система будет метрическая. потому что.

GM: - Крыши соломенные?

Пауль Руттер: - Ну, с такими поборами, то конечно, у вас ни на что лучше соломенных денег не будет.

Пауль Руттер: оплачиваю сбор и двигаюсь дальше

GM: Служащий с жадностью забирает медяки, ставит подпись на листе, даёт расписаться Паулю. Бумажка переходит в руки Пауля.

GM: - Кто следующий? смотри поочерёдно на Готтфрида и Лутца

Пауль Руттер: расписывается.

GM: Обращаешь внимание, что бумажка по форме и размеру точь в точь как та, которую мял встречный крестьянин.

Пауль Руттер: кладу бумажку в сумку

Herr Aach: - Хайнрих Шлоссер. Работу ищу. В Хайльбронне всё норовят не заплатить, может у вас лучше пойдёт.

GM: - Йоханн Ланг, верный слуга славного города Вайнсберг, самоцвета долины Неккар. Шлоссер через Ш или Щ? Или не знаешь?

Herr Aach: - Sch.

GM: Йоханн снова принимается за письмо. Оторвавшись от бумаги он долго и пристально изучает Готтфрида, но так и не находит к чему прицепиться. - Гастарбайтерский сбор, 1 штука, 5 геллеров. Оплатите и добро пожаловать в славный город Вайнсберг, самоцвет долины Неккар.

Herr Aach: * оплачиваю, забираю бумагу, благодарю верного слугу славного города

Herr Aach: - Где у вас трактир, не подскажешь?

GM: - Два квартала прямо, один направо. Увидишь ворота и вывеску.

Herr Aach: - Спасибо, дружище.

GM: кивком головы показывает, что разговор окончен, переключает внимание на Лутца

GM: - Йоханн Ланг, верный слуга славного города Вайнсберг, самоцвета долины Неккар. А ты у нас будешь ..?

Lutz: собрал остатки человеколюбия в жизнерадостную лыбу - Лутц, Лутц Лохмюллер, гость славного города Вайнсберг, приехал навестить близких на недельку.

GM: бросает взгляд на волыну - Играть на рыночной площади планируете или в трактире?

Lutz: принял деловой вид - А как у вас с этим? Конкуренция высокая?

GM: задумался - Заезжал тут канатоходец, но вроде покинул город уже. Народ развлекал, детишек радовал. Музыкантов давненько не видывал.

Lutz: охотно - Ну так грех не сыграть для народа будет, коли потребность есть.

GM: - Значит и на площади и в трактире? Ясненько.

GM: - Паяцный сбор, 2 штуки, 8 геллеров Оплатите и добро пожаловать в славный город Вайнсберг, самоцвет долины Неккар.

Lutz: горестно всхохотнул - Слыхал, Пауль, чистое искусство дешевле твоей телеги... с трудом расстается с деньгами

Augustin: - Последние времена настают, - серьезно комментирует Крахт, - Красоту и правду никто не ценит, все гонятся за игрушками дьявола.

Пауль Руттер: - Ничего удивительного, видать неспроста в окрестностях бродят люди с двумя головами - одна песья, другая свинная, а между ними хвост. Провинились мы в чём-то перед Господом.

GM: * куда ехаете?

Herr Aach: [Как отъехали от стражей достаточно] - Ну что, двигаем в трактир, там снимаем комнаты и уже за трапезой обсудим дальнейший план?

Herr Aach: [Глядя на изнемогающего Лутца] - И выпьем, что ж не выпить. Но в меру!

Lutz: в согласии с планом растопырил ручищи, чуть не заехав по уху встречному горожанину - В вот такую!

GM: После того как вы минуете караульную, дорога начинает идти в горку. По мере того как вы продвигаетесь к трактиру, дома становятся крупнее: глинобитные одноэтажные домишки, убежища бедных подмастерий, сменяются на каменные двухэтажные дома мейстеров, те, в свою очередь уступают место трёхэтажным роскошным домам патрициев и ратсгеров. Драница сменяется черепицей, промасленная бумага зелёным пузырчатым стеклом, а то и вовсе дорогим прозрачным. Над этим разномастным ансамблем главенствует базилика святого Иоанна Крестителя. Башня, которой она украшена, видна из почти любой точки города.

GM: Прохожих мало: тут поддатый подмастерье, здесь хихикающая парочка. Изредка видны стражники в уже знакомых вам оранжевых формах. Вы подходите к воротам трактира “У Адлера” всегда гостеприимно распахнутые и для людей, и для лошадей, даже таких как ваш Клемент.

GM: * я в целом предполагаю, что вы осла сдаёте в стойло, а сами идёте внутрь, но если вы его на кебаб планируете пустить -- дайте знать

GM: В первом зале пол выложен каменными плитами: в глубине виднеется лестница, ведущая на второй этаж. Тут же, налево, находится просторный пивной зал с тремя окнами, выходящими на улицу. Низкий потолок поддерживают толстые балки, почерневшие от времени, копоти и пыли. Сквозь толстые зеленоватые стекла, оправленные в свинец, просачиваются лучи закатного солнца. В углу, у задней стены, расположена стойка, а позади неё -- кухня. Оба зала уставлены столами и скамьями. Трактир заполнен где-то на четверть. Большая часть посетителей, судя по всему, местные жители. Видны их значки, отражающие причастность к тому или иному ремеслу. Все они предпочитают в качестве закуски ломоть хлеба, принесённый с собой.

GM: * изи персепшун покидайте.

Lutz: !256/5mt

bot: Success on roll 18 vs 30

GM: * там 3/2, как выяснилось, но тогда тем более суксес

Herr Aach: !233/2mt perception

bot: perception Failure on roll 73 vs 34.5

Пауль Руттер: !303/2mt perception

bot: perception Success on roll 30 vs 45

Augustin: !273/2mt perception

bot: perception Failure on roll 70 vs 40.5

GM: Лутц и Пауль сразу подмечают среди собравшихся смутно знакомого юношу. Он тощ и невысок, одет в дорожный костюм. Компанию ему составляет пара местных, оживлённо что-то рассказывающих ему. Августин и Готтфрид отказываются воспринимать внешние раздражители, отличные от стука кубков и кружек, щелканья крышек и манящего аромата вюрста с капустой.

GM: К вам приближается трактирщик. Он не похож на устоявшийся у вас в голове образ владельца подобных заведений: у него нет ни округлого брюшка, наглядно говорившего бы о достоинствах его кухни, ни медно-красного носа, красноречиво свидетельствовавшего бы о качестве его винного погреба. Вместо этого он щеголяет болезненно-жёлтым лицом, узкой впалой грудью и длинной шеей.

GM: - Вечер добрый, путники. Ищите кров или пищу?

Lutz: сразу занял собой полтаверны, впитывает всем туловищем ароматы долгожданного пристанища, рыскает взглядом по углам, мало ли кто где пирует и можно присоседиться к какому-нибудь кабанчику, проложив волыной себе путь к сердцу хозяина, но нет. Трактирщик произвел неизгладимо трагичное впечатление и практически чуть было не погубил аппетит - Добра и тебе, хозяин! А что нынче на ужин? Чем поживиться усталым путникам? И много ли комнат свободных в твоём дворце?

Lutz: * что там на столе у вьюноши, какие разносолы?

GM: Перед юношей и каждым из его собеседников стоит по тарелке вюрста с капустой. В центре стола находится блюдо с селёдкой в ржаном киселе. Рядом с ней уныло покоится в гордом одиночестве последний кусок куриного пирога. По столу тут и там хаотично разбросаны ломти хлеба. Покопавшись в воспоминаниях, ты приходишь к выводу, что лицо его знакомо тебе не по жизни в Вайнсберге.

GM: Хозяин перечисляет скудное меню. Из напитков подают местное вино и пиво из гейльбронской пивоварни, из еды стандартный набор любого подобного трактира: колбаски из свинины, рыба местного улова, брюква, простые пироги. Комнат осталось всего две, но если вы не желаете тесниться он с радостью пустит кого-то поспать в хлев за полцены комнаты.